Отчёт. Мульта - Рождество у староверов. Январь 2009

Ассоциация гидов Алтая

Команда туристических инструкторов, они специализируются не на массовых походах по нахоженным тропам, а делают экспедиции в те места, где мало кто бывает, куда трудно забраться, и где, поэтому можно много нового увидеть. У них на сайте рассказывается о специфике экспедиций; ребята сравнивают себя со сталкерами (это оставим без комментариев. без кокетства точно говорят о себе, что они профессионалы и умеют работать; это правда, я могу абсолютно подтвердить. Своими словами и своим мнением — ребята, во-первых, сами обладают многими навыками выживания в горах и в неосвоенной человеком среде — навыками альпинистскими, горнолыжными (причем не по трассе, а по реальным горам), автомобильными, сплавными, умеют ориентироваться, умеют договориться с местными (и думаю, что решить проблему агрессии смогли бы, если бы такая возникла), готовить еду — словом, могут сниматься в Travel Channel. Во-вторых, внимательно и ответственно относятся к своим подопечным (в данном случае к нам), чувствуешь себя с ними надёжно. В-третьих, экспедиция — это и правда экспедиция. Они много где были, но вот именно по этим конкретным тропам не ходили. Это значит, что походы интересны и им самим. Для нас-то любой поход в тех местах был бы экспедицией. В-четвёртых, они интересные собеседники. Это значит, могут поговорить о чём угодно — о литературе, культуре, театре, политике, жизни, и конечно об Алтае и соседних местах. Работая гидами, они общаются со многими, желаю им в путешествиях больше интересных туристов. В-пятых, приятно, что люди делают с инициативой своё дело. Я вообще за развитие бизнеса в России, и рад, что у ребят есть своя ниша. Ребята всё время думают, что ещё можно сделать нового, это творчество. Если ещё соберусь в путешествие с какой-нибудь долей экстрима — позвоню в Алтай-гид, и рекомендую всем! Фишка в том, что в таких путешествиях можно почувствовать себя пионером (в оригинальном смысле, т.е. так как это понимал Ф.Купер. Напоминает немножко игру в Fallout 3, только в реальной жизни.Изучая в декабре описание экспедиции, увидел, что путешествие будет проходить в Усть-Коксинском районе Алтая, и обрадовался. Андрей, Дмитрий, если вы читаете — спасибо вам и развития!

О лыжах

Все говорят, что в этом году везде мало снега, в том числе и на Алтае. Снега было по колено, но для гор это и правда немного. Казенное оборудование — лыжи — широкие, охотничьи. Чукчи прибивали, верно, к таким же лыжам снизу мех, чтобы не проскальзывать назад при ходьбе. У нас меха не было, но и необходимости в нём конечно не было тоже. Лыжные крепления напоминают те, которые наверняка у каждого были в детстве — крепления для обычной, но крепкой обуви. Отличие в том, что сзади нога фиксируется металлической пружиной, плотно прижата. Получается что-то среднее между беговыми и горными лыжами. Респект военной обуви — я был в зимних берцах, в которых ходил в караулы зимой; ноги ни разу не замерзли, для лыжных и пеших походов по горам они подходят хорошо.Девчонки, правда, в новых зимних ботинках Adidas ноги стёрли; выводы: нужно плотно шнуровать ботинки, и в аптечке обязательно иметь хороший плотный лейкопластырь, чтобы можно было продолжать ходить на следующий день. Первый выход в горы у нас занял около четырёх часов.

О природе

Выйдя из базы на лыжах, мы перешли через (местами) замёрзшую реку Мульту:Когда-то давно, ещё до лета, читал в журнале GEO про эту Усть-Коксу про некоего человека Леонида Калошина, который поменял жизнь в крупном городе на место библиотекаря в алтайском селе, и которому вся страна посылает по почте книги для развития местной библиотеки; и про других переселенцев, которые сбежали от бешеной аритмии городов.Забавно: в мае, сидя на кухне, отвлечённо думаешь о романтике суровой жизни в глубинке; а в январе уже полной грудью вдыхаешь этот воздух. Утром 3 января мы прибыли на вокзал в Барнаул, нас встретили Андрей и Дима, гиды и инструкторы на ближайшие дни. Ребята вообще приезжают вовремя, и хорошо относятся к туристам — сами, чувствуется, очень много исходили. Их машина — Mitsubishi — минивэн, на колёсной базе джипа. На таких машинах они путешестуют везде, в том числе делают специальные автопутешествия — джиппинг — в труднодоступные районы: Монголию, Хакасию, Тыву, Казахстан. В машине мы познакомились с Настей и Сергеем, ребята из Барнаула, заканчивают, как понял, университет. Всемером нам предстояло провести эти дни.Есть две вещи, о которых очень жалею, что не сделал в эту поездку: 1) забыл дома и не взял на Алтай купленную летом карту, поэтому на месте географию пришлось только вспоминать; 2) не сфотографировал Белуху в телеобъектив. А могло получиться здОрово, вот ведь астрономический снимок удалось сделать в Алтайском крае: Насчёт карты можно утешиться тем, что удалось больше смотреть вокруг; но всё-таки карта очень бы не помешала тёплыми вечерами за столом у печки. Этот стол у печки находится в домике на базе Вечный странник на окраине села Маральник (на карте называется Маральник-1). От Барнаула до Маральника 700 км или 12 часов на машине; мы ехали стандартной дорогой через Бийск, Сростки (наши гиды скептически относятся к качеству тамошнего базара), недоезжая Чемала с Чуйского тракта повернули направо, проехали по Шебалинскому району, и дальше — в сторону Усть-Кана. Летом мы были в Чемальском районе; горы и Катунь, конечно, там тоже красивы, но сейчас заехали гораздо дальше. В Чемальском районе, куда обычно возят туристов, низкие и средние горы; дальше на Алтай — вроде горы не кажутся выше, но повыше сама местность, и это уже средне — или высокогорье, около 2000м над уровнем моря. Дорога проходит по равнине, которая здесь называется степью — сначала Усть-Канская, затем Уймонская степь. Когда-то это было дном озера, сейчас — полоса земли шириной километров от 3 до 10, ограниченная справа и слева горами. Дорога как бы идёт между двух стен; и степь и горы, как в фильмах о Чингисхане. Очень красиво сочетание гор и милого русскому человеку простора; там хочется делать панорамные фотографии — такого совсем не ожидал по опыту летнего путешествия. Конечно же, штатива в эту поездку не взял; наверное, зря — возможность поставить штатив и пофотографировать там есть! Подъезжая к Усть-Коксинскому району, попадаешь в приграничную полосу (100 км до границы с Казахстаном). Степная дорога перекрыта шлагбаумом, рядом стоит домик, где живут два прапорщика и сержант. Паспортные данные надо подавать заранее, за несколько дней, по факсу, иначе не пропустят. Бумаг довольно много, и несмотря на то, что список с нашими данными отправлялся заранее, на пункте пограничного контроля мы потеряли час. На базу приехали около 7 вечера. База Вечный странник — несколько домиков на окраине села Маральник. Там очень красиво — вплотную подходят горы, на них огорожена территория, где разводят маралов; это практически единственная отрасль сельского хозяйства в Горном Алтае, создающая рабочие места (остальное сельское хозяйство в республике — для себя. Нам предстояло ночевать в домике, днём выходить в горы, на лыжах. Реально предстояло сделать 2 радиальных выхода. Мульта — очень красивая река. Из-за того, что она горная и с приличным течением, не полностью замерзает даже при -30, но по льду перейти её можно. Рядом с нашей базой был мост через Мульту, сделал несколько кадров льда, снега и воды; на самом деле она ещё красивее. И если остановиться на мосту и подождать секунду, можно услышать, как она очень мелодично журчит. В зимней тишине леса и гор этот звук прямо-таки волшебный. Перейдя через Мульту, мы перешли через лес и поднялись на «полочку», ровный участок, который протянулся вдоль реки. Недоставало штатива, чтобы делать панорамные снимки, и ещё каких-то устройств, способных сохранить и передать ощущение простора, тишины, прозрачного свежего воздуха и солнца. Пройдя по полочке вдоль берега Мульты, мы стали подниматься налево в горку. Когда поднялись повыше, на лыжах стало идти трудно, да и сквозь снег уже местами торчали камни: Поэтому лыжи оставили на склоне, и пошли вверх пешком. Чем поднимаешься выше, тем более величественно выглядят горы. Видели лошадей на склоне, предоставленных, как здесь водится, самим себе: Признаться, до этого думал, что алтайцы отпускают лошадей и коров пастись на воле только летом а зимой, надеялся, кормят овсом. Может и подкармливают (не знаю-не видел), но у местных лошадей и коров прекрасно развит навык откапывания сена из-под снега. Летом мы поднимались в гору на лошади. В этот раз шли сами, пешком; вообще, это физическое упражнение, и надо быть к нему готовым, если отправляешься в экспедицию в горы. Вспомнил немецкий национальный вид спорта — по-английски называется Nord-Walking — пешие походы в горы со специальными палками, альпенштоками. ИМХО альпенштоки на фиг не нужны (мне лыжные палки только мешали), но вот запыхаться при подъёме вполне можно, т.е. это настоящий спорт. Особенно если это не в Альпах, а на Алтае (100%, что за очередным перевалом не найдёшь кафе). Хочу еще рассказать о снеге. От мороза у снежинок необычная форма — перьевидная, и снежный покров очень пушистый: Этот снег в горах я пробовал есть, необыкновенно вкусно! Главное знать меру, если разгорячён. Спустя пару часов мы поднялись, наконец, на перевал. Это было нелегко, но вид, который оттуда открылся, того стоил: Теперь, имея карту в руках, могу сказать, что поднявшись на перевал по логу Елунаков, мы оказались на вершине одного хребта, ограничивающего Уймонскую степь; открылся вид на реку Катунь внизу и на Теректинский хребет, который ограничивает степь с другой стороны. На фотке ниже видно, между гор протекает река Чендек, которая впадает в Катунь. Самочувствие удалось восстановить вечером в бане, пропарить усталость. Баня обычная, деревенская, раньше явно топилась «по-черному». Там здОрово, но фоток нет. На следующий день предстоял поход на другую сторону Мульты, подъём на перевал, с которого в «хорошую погоду … видно высочайший пик Сибири — Белуху (4506м)». Забегая вперёд, погода была хорошая, и удалось дойти, увидеть и сфотографировать Белуху, и даже, субъективно, меньше устать, чем в первый походный день. Об этом напишу в следующий раз. Материала осталось отчёта ещё на два. C написанием окончанием отчёта о поездке на Алтай затянул, и уже впечатления становятся воспоминаниями, их подпирают другие вещи; чувствуется необходимость написать о самом главном, что было в той поездке, об Алтае, где были и что видели. Ниже отчёт о нашем восхождении на гору, с которой открывается потрясающий вид на Алтай — на десятки километров, на Катунский хребет, в середине которого расположена самая высокая вершина Алтая, г. Белуха (4.506м), символ Горного Алтая (она изображена на гербе Республики Алтай). На третий день путешествия, 5 января, был сделан самый большой выход в горы, который и был целью экспедиции. На карте расстояние между двумя точками нашего похода (без учёта рельефа) занимает 5 км; путь туда и обратно занял около 8 часов, с 10.30 до 18.30. Чтобы подняться на вершину хребта, требуются физические усилия, но лично мне этот выход показался гораздо легче, чем подготовительный, первый. Высота, на которую мы поднялись в результате, ~2.300м. Расстояние до Белухи по прямой ~100км. Это огромное расстояние для просмотра (особенно в горах), и грандиозный вид. Ну, по порядку..Летом всё мечтал посмотреть на восход солнца в горах, да не мог проснуться. В этот раз видел, как светает; но восход красивее на равнине. Когда светает в горах, не сразу определишь, с какой стороны восток, как-то равномерно становится светло часам к восьми. 5 января, позавтракав, мы отправились на лыжах в путь приблизительно в 10.30. Поднявшись на «полочку», пошли по плавно поднимающейся лесной дороге. Когда выходишь на открытое место, трудно не восхититься красотой и величием гор. Сегодня, когда пишу эти строки, 30 января, и прошло уже 3 недели с тех пор, как вернулись с Алтая. Немного, кажется, не годы, но всё же много уже успело произойти, и воспоминания уже как во сне, а эти фотки поддерживают их яркость: Вспоминаю, как Люба в болезненном состоянии еле шла в гору; как было жарко, и несмотря на мороз, лучше всего лыжник себя чувствует в термобелье и куртке (без всяких свитеров); как двое из троих гидов пожертвовали впечатлениями, и в 12.30 повернули назад готовить обед и ужин. Похоже, с объективом смотрел вслед им, верным долгу инструктора: Через 6 часов мы вернёмся к ним еле живые и будем очень рады борщу и мясу марала. Но тогда мы еще ничего не знали и не видели, а впереди были, манили горы. Когда поднялись повыше, по лесу уже на лыжах идти было невозможно (густой лес, извилистая тропа), и пришлось их снять. Андрей изобрёл старинный чукотский способ, позволяющий не нести в руках лыжи: Как бывает на тренировке, к какому-то моменту начинаешь чувствовать мышцы; так вот к моменту выхода из леса дыхалка и мышцы вполне себе чувствовались. Девчонки уже хотели побыстрее прийти.  Так получилось, что до места, откуда можно видеть Белуху, мы с Андреем добрались к 16.00, в это время начинает темнеть, поэтому мы там были от силы 3 минуты, и все фотографии сделаны в спешке. Вот там, вдалеке, в дымке, Белуха. С расстояния 100 км она не кажется исполинской, скорее одной из гор, далёкой и затуманенной: Это снимок со штатного объектива…И никак себе не прощу, что в спешке всё-таки не сфотографировал Её на телевик. Но энергетика окружающих гор просто-таки вибрирует; не скажу, что это приветливый ансамбль; очень суровый и грозный, будто шлемы гигантских витязей, окруживших со всех сторон. Передают ли хоть немного это фотки, не знаю; жаль что у меня не было штатива и 10 минут, чтобы сделать панораму. У самой вершины снег выдувается ветром, поэтому на лыжах там не пойдёшь. Но чуть ниже мы одели лыжи и покатили.. Это мой первый горнолыжный опыт (лыжи, которыми снабдили нас инструкторы, ведут себя практически как горные при спуске — ботинок полностью прижат к плоскости), и это опыт интересный. Жаль, что мы не катаемся на сноуборде. Но и не жаль тоже. Если подумать, будь у нас горные лыжи либо борд, каждый отпуск проводили бы на склоне, пытаясь оправдать вложенные в обмундирование деньги, и многого бы были лишены, потому что не увидели бы многого. Возвращались в избушку уже затемно, светила луна, искрился снег и от луны было даже почти не темно — хотя шли-бежали на ощупь и часто падали. Нет-нет, да окажется на дороге ветка или камушек, извалял собой весь лес. Дома были очень рады борщу и угощению. Отведали мясо марала — очень вкусное, наверное одно из самых нежнейших, и это странно, ведь маралы много времени проводят в горах, и весьма мускулистые, а значит сухие, животные. Вот и всё основное об активной части, ещё хочется рассказать о том, как мы жили, как живут люди там, и немного о музее Рериха в посёлке Верхний Уймон. 

Пара слов о нашем быте

Приезжаешь домой в Москву, пройдёт неделя-две, и уже не верится, что можно жить в тех условиях, а всё-таки здорово там было! Пренебрежение комфортом запоминается. Вот пара отличий от привычной жизни: 1) ночью на кровати легко умещаются 5 человек в спальных мешках. Надо ложиться поперёк. 2) ночью надо вставать каждые 2 часа и подбрасывать поленья в печку; т.к. печка совсем не та, что в русских домах — она маленькая и быстро теряет тепло. Это мы познали в первое утро, ИМХО температура в комнате была градусов +7. Обязанность топить в основном была моя; обнаружил свойство мобильного телефона, которое оказывается есть у всех. Будильник звонит даже если телефон выключен в целях экономии батарейки. 3) утром умываешься из проруби в Мульте. Если рано встал, её надо прорубить, для этого служит колун. Серьёзно, это мне особенно понравилось.4) утром тёплую воду можно взять в бане. За ночь её дверь примерзает, и рукой никакими силами её не открыть. Надо жахнуть с размаху колуном. 5) термобельё-великая вещь! Надо иметь 2 комплекта.

О быте местных

Потомки староверовАлтай-суровый край, и место, где могут жить только очень мужественные люди. Там издревле жили алтайцы, туда пришли, приняли вызов и обосновались семьями русские люди, старообрядцы. Староверы с алтайцами особо не ссорились, и те, кто сейчас там живут — в основном потомки основательных, сильных, спокойных русских и алтайцев-горцев, охотников, с рождения живущих в седле. Есть также и те, кто смог убежать из современных городов и здесь обосноваться. Крепких хозяйственников здесь уважают. Весной 2008 года, только читая карту Алтая, подмечал русские названия и думал, что их давали те, кто осваивал этот край от и для России. На самом деле это не совсем так; те русские, которые здесь обосновались, в основном бежали от реформы церкви. Деревни Огнёвка, Костровка и т.д. произошли от фамилий Огневых, Костровых, Атамановых — и деревни с такими же названиями есть на севере Восточной Сибири, ближе к Байкалу. Эти деревни были основаны родственниками-староверами, тогда были очень большие семьи. Кержаки.. Сначала староверы бежали из центральной России в Поволжье, на реку Кержицу, их притесняли и там, и они двинулись в Сибирь. Рассказывают легенду о первом русском поселенце на Алтае, деде Бочкаре (Бочкарёве). Он оставил свою семью на Кержице весной и полгода шёл в эти края, искал, где можно остановиться. Придирчиво выбирал место, куда мог бы поселить свою семью. Ему не понравился Урал и не понравилась Башкирия, где враждебно встретили местные, какие-то земли показались ему легко доступными, а русская душа тянулась к возделыванию земли, а не к скитаниям. И он пришёл в Уймонскую степь (Уймонская — по одной из версий это русское слово, типа здесь «уйма» всего — хотя мне лично эта версия не нравится, ИМХО это не русский корень), и подружился с местными жителями, и через ещё полгода привёл сюда свою многочисленную семью. За ним потянулись ещё люди. Мы ездили в деревню Верхний Уймон, и были там в музее старообрядцев, разговаривали с местной тётушкой-экскурсоводом (у неё оказался знакомым владелец магазина «Трамплин» около м. «Молодежная» в 15 минутах ходьбы от моего дома). Вместо «здравствуйте», говорят «Здорово живёте»; вместо «Спасибо» — «Спаси Господи». Мы были в музее как раз в Сочельник, 6 января, и тётушка рассказывала, что сегодня староверы будут собираться в одной избе и читать молитвы. Сами старообрядцы не называют себя староверами ( «стариковские мы»), и вообще не выставляют себя на показ (потому что это не актерство, а взаправду). Я думаю, что видал в деревне староверов, но они не дают на себя смотреть как в зоопарке. Их мало и они незлые, но они не открыты для внешнего мира, и психологически сильные — просто так к ним не подойдёшь. Их служба проходит просто в доме (до 1920-х гг. в деревне был т.н. молельный дом), и, как я понял, целиком на коленях (поклоны не поясные, а земные). Женщины вообще никогда, кроме как для сна, не снимают платок. У них старинные иконы, и мне так кажется, что в целом уклад довольно близок к монашескому (разве что есть семьи). С некоторой долей гордости за нас могу  попробовать провести параллель между расколом церкви на Западе и в России. На Западе протестантизм шёл по Европе и отражал борьбу за власть папы и нового могущественного класса буржуа, которым хотелось свободно жить для себя. В России преобразования шли сверху Патриархом Никоном, были в большинстве формальными, и тем не менее вызвали такой отпор, что потомки не принявших эти преобразования до сих пор живут в разных уголках Земли, стараясь сохранить веру и все-все обычаи. Да, отказ от вообще любых изменений — это на самом деле не путь сохранения веры, но это и не компромисс с противоположными силами. Православие на Алтае вообще не очень развито, я проехал ¾ Алтая и видел всего 3 храма — в Чемале, в монастыре на острове Патмос, и в Чёрном Ануе (возможно, есть еще в Горно-Алтайске). Пара фотографий здешних деревень. Кроме музея старообрядцев, в Верхнем Уймоне мы были в музее Рериха. Музей находится в избе русского крестьянина Вахромея Семёновича Атаманова, где Н.К.Рерих прожил 12 дней. Н.К.Рерих — художник и путешественник. Мне показалось, что картины Н.К.Рериха стоят на рубеже пейзажа и экспериментов со светом, которые делали импрессионисты. Путешествуя по Туркестану и Индии, Николай Рерих старался зарисовать то, что видел; это была и этнографическая экспедиция. Он был очень творческим человеком.

О возвращении домой

7 января, в Рождество, мы немного прогулялись на лыжах по лесу с Андреем. Ольга, Любина сестра, вошла во вкус и залезла на горку, на которую больше никто кроме неё залезть не смог. Просто ходили по снегу, отдыхали, фотографировали, дышали алтайским воздухом. Так залита вся дорога до Среднемультинского озера. Весь следующий день, 8 января, ушёл на автомобильную дорогу до Барнаула. Когда проезжали через пункт пограничного контроля, удалось заснять маралов. Рога (панты), конечно, были срезаны. Как сказал Андрей, в этом походе была полная аутентичность. В смысле, удалось посмотреть типичные для Алтая вещи. Рядом с маралами была красавица-лошадь. На машине мы ехали по западному Алтаю, через Ануй, Солонешное и почти что Белокуриху. Теперь остались неохваченными только пара мест на Алтае: с удовольствием побывали бы на плато Укок, на Аккеме у подножия Белухи и в южной части Телецкого озера.

HostCMS
Дата: 21.09.20